Возникновение некоторых элементов военного управления вполне можно отнести к VI веку. В славянских племенах той поры воинами в случае необходимости становились все взрослые мужчины. Они самой жизнью были приучены одной рукой держать соху, другой меч, чтобы не быть побитыми или проданными в рабство. Кровное родство обязывало каждого мужчину сражаться за судьбу племени, как за свою личную жизнь и свободу. Потому русичи слыли всюду в Европе отважными и стойкими воинами, с которыми в рукопашной схватке биться "с лица на лицо" противники боялись. Как правило, вождь племени решал все вопросы войны и мира, а при нужде и вступления в союз с другими племенами для защиты от нашествий кочевников и воинствующих соседей.
      Древние предки наши славяне - поляне и анты были особым народом. К великому сожалению, письменных источников они о себе не оставили. Но византийский император Маврикий еще в шестом веке писал о них: ":они любят свободу и не склонны ни к рабству, ни к повиновению. Храбры, в особенности в своей земле, выносливы: легко переносят холод и жару, недостаток в одежде и пище. Юноши их очень искусно владеют оружием". Другой византиец, Лев Диакон, позже сказывал уже о русах: "Сей народ отважен до безумия, храбр, силен". В "Сборнике документов по социально-экономической истории Византии", описывая набеги славян, летописец Меландр упоминает такой случай, когда в VI веке авары задумали обложить славян данью, то славянский вождь Даврит на это ответил: "Родился ли на свет и согревается ли лучами солнца тот человек, который бы подчинил себе нашу силу? Не другие владеют нашей землею, а мы чужою привыкли обладать: И если кто хочет с нас дань брать - пусть попробует - прийдет и возьмет:"
      В других летописных источниках византийских и готских писателей, относящихся к VI и VII векам, упоминается объединение славянских племен севернее Дуная, как Русская земля.

Первые князья дома Рюриковичей: Рюрик, Олег и Игорь. Палехская роспись Грановитой палаты в Кремле. XIX в.

      В "Повести временных лет" главная роль в создании русской государственности отдается варягам. Ибо князья многих славянских земель в это время погрязли в междоусобной борьбе, разоряли свои и близкие им по крови и духу народы, потому пришлось людям идти с просьбой за море к Варягам, к Руси, те варяги назывались Русью. "И сказали Руси Чудь, Славяне, Кривичи и Весь (племена населявшие территорию Севера и центра Руси): "Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами". И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю Русь и пришли к славянам, и сел старший Рюрик в Новгороде, а другой - Сенеус - на Белоозере, а третий - Трувор - в Изборске. И от тех варягов прозвалась РУССКАЯ ЗЕМЛЯ.
      Через два года умерли Сенеус и брат его Трувор. И овладел всей властью один Рюрик .
      В год 6387 (879 н.с.) умер Рюрик и, передав княжение свое Олегу - родичу своему, отдал ему на руки сына Игоря, ибо был тот еще очень мал.
      В год 6390 (882 н.с.) выступил в поход Олег, взяв с собою много воинов: варягов, чудь, славян, мерю, весь, кривичей, и пришел к Смоленску с кривичами, и взял власть в городе. Взял Любеч и пришел к горам киевским, и узнал Олег, что княжат тут Аскольд и Дир. Убил их и сел Олег, княжа в Киеве. И сказал Олег: "Да будет матерью городам русским".
      Так, по преданию, возникло древнерусское государство, которое являлось объединением (добровольным или путем покорения) славянских племен.
       По своему характеру это было военное государство, представлявшее собой политическую организацию, возглавляемую князем, орудием которого являлась военная дружина. Социальной базой государства была сельская община ("вервь", "мир"), позволявшая для больших походов созывать ополчение племен. "Великий князь русский " являлся главою государства. Управление государством осуществляли "Светлый и Великий Князь и великие его (князя) бояре", так их называет летописец.
      История Отечества как нить, смотанная в клубок. Возьми за конец, потяни, начни разматывать, и перед тобой будут представать картины, отображающие дела и образы давно минувших дней. Длина этой нити тянется через многие века к святым истокам памяти.
      Какими были наши предки славяне? Что заставляло племена росов объединяться, создавать княжества, а потом и великое государство, оберегать его целостность и единство как себя и свою семью?
      Великая держава средневекового мира Древняя Русь... Сколько народных былин воспевает ее, сколько вдохновенных страниц посвятили ей летописцы! Славяно-руссы - поднепровские поляне и приильменские славяне, полоцкие кривичи и северские вятичи, и другие племена издавна пахали, охотились, бортничали на своей земле. Их ладьи с плодами труда - мехами, медом, хлебом и другими товарами плыли водным путем "из варяг в греки". Поживиться трудом предков наших было любителей немало. На днепровских порогах поджидали их разбойные шайки печенегов, с западной стороны зарились на земли русские немецкие крестоносцы, с азиатских степей налетали саранчой орды кочевников, с юга пытались ступить на русские земли и расширить за счет их свои владения турки:
      По мере появления и развития княжеств военное ремесло становится профессиональным делом, постоянным, основным занятием слуг и приближенных князя. Уже в конце VIII века военная организация древних славян включала княжеские дружины и народное ополчение. Дружинники были связаны с князем личным договором службы и верности, который, как правило, на Руси выражался клятвой на щите и мече. Набор в ополчение происходил в пору нашествий врагов или упредительных военных походов по строгим правилам (охрана семейства и сохранение рода), которые устанавливались советами старейшин или принимались на вече.
      Русь постепенно сплотилась в огромное государство под рукой "матери городов русских" Киева, а также подвластных ему Новгорода, Чернигова, Полоцка, Смоленска... Новое государство раскинулось от причерноморских степей до побережья Ледовитого океана, от Западной Двины и Дуная до Волги. Славяно-руссы в древности были язычниками, они обожествляли силы природы: поклонялись и приносили жертвы Даждьбогу - солнцу, богу скота и торговли - Велесу, богу огня и ремесла - Сварогу, богу грома и войны - Перуну. Жертвуя богам лучшее, что имели: меха, мед, скот, они надеялись сохранить жизнь и достаток. Киевские князья с дружинами ежегодно объезжали свои владения, собирая полюдье-дань с подвластного сельского населения, вершили суд.

Полюдье. С картины К.В. Лебедева.

      В IX - Х веках Древняя Русь обретала раннефеодальные порядки. Политическое господство князей и бояр обеспечивалось дружинной военной организацией. Дружина не только, как мы подчас думаем, сопровождала князя в походах. Она все время находилась рядом с ним. Дружинники часто и жили на княжеском дворе, ели с князем за одним столом - хмельные дружинные пиры были неотъемлемой частью княжеского быта. С дружинниками князь "держал совет" обо всех делах - о войне и мире, походах и посольствах, размерах дани и раздачах военной добычи, земель, казнях и помилованиях. Вместе с дружинниками он составлял грамоты-указы, вершил суд по "закону русскому".
      Дружина делилась на несколько частей. Вершила государственные дела и вместе с князем управляла землей "старшая" дружина, в которую входили "великие бояре", владевшие обширными землями, многочисленной челядью, роскошными хоромами, а часто имевшие и свои военные отряды.
      А "руками" князя была энергичная "молодшая" дружина. Младшие дружинники на деле реализовали то, что "уставлялось" князем и боярами, замышлялось на пирах и долгих "совещаниях" - собирали дань, управляли княжеским хозяйством, охраняли покой правителя, живя на княжеском подворье, а во время войн составляли ударную силу княжеского войска.

Воины древнерусского государства

      Поэтому князья и дружинники, заботясь о продолжении их дела сыновьями и внуками, отдавали много времени и сил, чтобы передать им свое умение, научить мужеству, стойкости, верности клятве.
      Особое место в обучении и воспитании княжичей отводилось ратному делу. Они были должны научиться "вседше на коне, в бронех, за щиты, с копьем, якоже биться", владеть конем, защитным и наступательным оружием, быть и турнирным рыцарем, и знать строй пеший и конный, тактику полевой битвы и осады крепости - это целый мир, своеобразное искусство. Как и во всяком искусстве: у одних к нему дар, другие - лишены его. Даниил Заточник даже считал, что люди мыслящие - в ратном деле нестойки: "умен муж не велми бывает на рати храбр, но зато крепок в замыслах". Каждому князю мечталось, вероятно, быть мастером в том и в другом. Поэтому князья стремились кроме ратного мастерства передать детям и книжную мудрость, научить их дипломатии, ведению переговоров, знанию исторического прошлого. Обо всем этом, например, интересно рассказано в "Житии Александра Невского". Чтобы быть умелым и стойким воином, надо было научиться многому, а уж будущему князю - тем более. Владеть конем - это значило управляться с седлом, уздой, псалиями, удилами, стременами, скребницей, путами, плетью, шпорами. Древнерусский воин-профессионал умел все - бился и в конном строю, и в пешем.
      Князь-воевода, в нашем понимании, предстает как тяжеловооруженный всадник, владеющий рубящим, колющим, ударным оружием, он - копейщик, оружник, бранистарец: копье (или два), меч, сулица-дротик, лук со стрелами, кистень, булава, боевой топорик, шлем с пристегнутой к нему бармицей для защиты шеи и затылка, кольчуга, щит - вот его вооружение. К тому же ножны, футляр для топора, колчан, рукавицы, ремни - и все это должно быть пригнано, подогнано. Он, как опытный конный лучник, должен был делать 6 прицельных выстрелов в минуту при дальности до 200 метров, прицеливаться мгновенно, натягивая тетиву. Наконечников копий и стрел существовали десятки видов, надо было приловчиться, выбрать полюбившиеся.
      Мало было все это пудовое вооружение надеть на себя и нести. Когда лучники, осыпав противника тучей стрел, произведут разведку боем, князю надлежало возглавить войско и, прижав к бедру копье, слиться в плотную массу с дружиной, а когда твоя рать с ходу сшибется с вражеской, опрокинуть ее и довершить битву мечами в рукопашной. Пешцы, лучники-стрельцы доделают остальное.
      Скорость, совершенное владение конем, сила и смелость - вот что нужно было предводителю войска. При удачном начале можно было выиграть битву в первые минуты. Битвы были ожесточенные, яростные, быстротечные. Они требовали от воинов личного мужества и высокого профессионализма.
      Только от знаний и сметки князя зависело, какое войско брать в дело: наспех поднятый легковооруженный конный отряд - вдогон за лихим в набеге противником; тщательно собранную тяжеловооруженную городскую пехоту и сельских пешцев - в большой поход с предстоящими осадами.
      Князь должен знать, как делать подкопы для отвода воды, сооружать осадные метательные машины - пороки (от слова "прак" - праща), отынивать крепости, вскидывать лестницы, перемахивать валы и стены, а если надо - то и сидеть в обороне, со стен отстреливая вражеских пешцев и в вылазках сокрушать их. Наконец, совладать с обозами тоже ратное дело, а то останешься без оружия или упустишь добычу.
      Князь должен заботиться об охранении - дозоре, помнить и о засаде, знать, как раскинуть широкие, укрепленные на толстом столбе, яркие, разноцветные шатры - словом, удобно и безопасно расположить лагерь.
      Князь должен уметь искусно вооружаться и вовремя раздать оружие дружине и полкам, построить их для боя и самому стать так, чтобы все видели льва на высоко поднятом цветном княжеском стяге, его золотой шлем, меч с золотой рукоятью и блестящие шлемы, и красные щиты его воевод. Пока блестят шлемы и реют стяги - будет непоколебимо войско.
      Для всего этого надо воистину было быть "под шеломом повиту, с конца копья вскормлену".
      По мере того как все новые и новые земли "становились под руку" князей, дружина пополнялась за счет местной племенной знати, быстро воспринимавшей феодальные порядки. В дальнейшем место людей от сохи и ремесленного люда все чаще занимали феодальные ополчения, с X века получившие названия полков.
      Древнерусские дружины киевских князей Олега, Игоря и Святослава своими походами на могущественную Византию заставили говорить о Руси весь тогдашний мир. Это нашло отражение в греческих, римских и других летописях, что позволяет и сегодня нам представить, как это было.
      В рассветные часы 18 июня 860 года у стен Константинополя, столицы могущественной Византии, развернулись события, о которых византийцы вспоминали потом в течение многих веков. Со стороны закипевшего под ударами тысяч весел моря подошло огромное количество боевых ладей. С них быстро высадилось хорошо вооруженное войско русов и атаковало защитников города, едва успевших закрыть ворота.
      Нападение оказалось неожиданным и очень опасным, потому что в столице не было внушительного гарнизона, император Михаил III увел 40-тысячную византийскую армию в Малую Азию - воевать с арабами. Силы охваченного паникой Константинополя были крайне невелики.

Русские воины в походе

      "Где теперь царь христолюбивый? Где воинство? Где оружие, машины, военные советы и припасы? - трагически вопрошал в обращенной к горожанам проповеди константинопольский патриарх Фотий. - Что за удар и гнев столь тяжелый и поразительный? Откуда нашла на нас эта северная страшная гроза? Какие сгущенные облака страстей и каких судеб мощные столкновения воспламенили против нас эту невыносимую молнию?"
      Бросив войска, император Михаил поспешил назад. С большим трудом и риском удалось ему проникнуть в осажденную столицу и спешно наладить хоть какую-нибудь оборону.
      Обложив город, русы разорили его дальние и ближние окрестности. Опасность захвата столицы росла. "Город, - отмечал Фотий, - едва не был поднят на копье!"
      Надежды на организацию военного отпора не было никакой. Император приказал вступить с русскими в переговоры о перемирии. Денег и сокровищ для их умиротворения решено было не жалеть.
      Византии удалось откупиться - 25 июня русы сняли осаду и ушли от города. Вскоре после этого был заключен первый русско-византийский договор о "мире и любви", дававший северным соседям Византии большие выгоды в политике и торговле.
      Победоносным походом против одной из сильнейших держав тогдашнего мира Древнерусское государство утвердило свой международный престиж. "Народ неименитый... но получивший имя со времен похода против нас, незначительный, униженный и бедный, но достигший блистательной высоты и несметного богатства..." - так описывал патриарх Фотий итог стремительного выхода Руси на европейскую международную арену. Известие о русском походе заставило европейских феодальных владетелей пристально вглядеться в восточную даль, где сложилась новая сильная держава - Русь, столь неожиданно и мощно заявившая о себе.
      Главным политическим событием истории Руси IX века следует считать объединение древнерусских земель и племен в единое, могучее государство - империю Рюриковичей, со столицей в Киеве. Управляя отсюда, русские князья держали под контролем главные торговые пути на территории между Балтийским, Черным и Каспийским морями. Благодаря единению сил, Киевская Русь успешно вела военные походы против неспокойных соседей - волжских булгар, хазар, печенегов, половцев, рассматривая их как оборонные, упредительные от набегов кочевников. В этом надо видеть сегодня стратегическую мудрость князей - ведение войны не на своей территории, а на земле противника, захват стратегической инициативы, умение вести постоянную разведку в стане недругов, знать их замыслы.
      Проведение военных советов перед походами и битвами, расстановка полков в походах и перед сражением, назначение в них руководителей от полка до десятского заложило своеобразные основы штабного руководства действиями, повышало ответственность каждого воина за порученное дело. На таких советах вспоминался и учитывался опыт предшествующих сражений. Здесь закладывались основы науки побеждать. Потому войско русов отличалось организованностью, стойкостью. Большую роль в нем играли примерная дисциплина, исполнительность и храбрость князей и воевод.
      Надо особо отметить, что ссылки у ряда авторов на то, что русские многое переняли от военного искусства западных соседей, не имеют под собой почвы. Прежде всего, наши предки не применяли форм построения боевых порядков, чему придавали исключительное значение греки, римляне, немцы и другие воинственные народы, а использовали многообразие самобытных приемов ведения боя, как при наступлении, так и в обороне. Этим самым они нередко вводили противника в замешательство, в панику и добивались победы. Конечно, самобытное военное творчество основывалось на хорошо поставленной разведке противника, на высоком боевом мастерстве ратников княжеских дружин, на мужестве ополченцев, объединенных в полки, сотни и десятки, на родовых началах и под командованием своих вождей и родоначальников, что придавало им особую ответственность за честь семьи и рода, что значило много.
      В 907 году князь Олег вновь взял Константинополь, в знак победы прибил свой щит на его вратах, получил богатую дань и подписал выгоднейший договор о торговле: товары россов беспрепятственно перевозились в Азию и Европу, не облагались пошлинами, русские купцы могли до полугода жить в Константинополе и обеспечиваться провиантом за счет казны города и так далее: "Такого унизительного договора великая Византийская империя не знала никогда", - отмечают многие европейские летописи тех лет.       

      Константинополь стал искать надежные пути сближения и дружбы с Киевской Русью. И они открылись совсем неожиданно - в единении веры.
      Окончательное формирование государственной территории и объединение славянских племен под властью киевского князя приходится на время, когда в Киеве правил князь Владимир, прозванный в былинах Красным Солнышком.
       "Владимир стоит на грани двух эпох,- пишет известный советский историк, профессор Владимир Васильевич Мавродин,- он - последний князь-воин дружинной, варварской Руси, венчающий ее вершину, и в то же самое время он - первый князь феодальной Руси, всей своей деятельностью подготовивший тот расцвет раннего феодализма, таящий в себе элементы грядущего распада "империи Рюриковичей", который падает на княжение его сына и внуков".
      В правление Владимира на первое место выдвигаются вопросы внутреннего устройства Русского государства. По меткому выражению Карла Маркса, "империя Рюриковичей" была "скроена из лоскутов". Во времена Владимира из этих лоскутов сшивалось единое покрывало. По всем основным городам киевский князь рассадил своих сыновей. Их было двенадцать. Самостоятельность наместников была ограничена, они выполняли волю отца. А для того, чтобы не возникло у кого-то из сыновей стремления отделиться и перестать повиноваться, Владимир время от времени перемещал их. Так, один из его старших сыновей Ярослав, прежде чем сменить отца на киевском столе, успел при его жизни побывать князем Ростовским и Новгородским.
      В это же время завершается и многолетнее соперничество между старой племенной знатью и новым раннефеодальным классом. Теряют былую силу и власть племенные центры. Возникают княжеские крепости, которые постепенно превращаются в главные города больших округ.
      В конце Х века происходят коренные изменения в идеологической жизни Руси, на многие века определившие ее политическое и культурное развитие.
      Наследием родоплеменного строя было многобожие - славяне поклонялись различным идолам. Когда Владимир только начал править в Киеве, он "поставил на холме за теремным двором деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами и других кумиров. И приносили им жертвы, называя богами, и приводили к ним своих сыновей и дочерей...". Перун был богом грозы и покровителем князя и дружины. Его святилища исследованы археологами в Новгороде и других местах Древней Руси.
      Старая языческая религия, с ее пестрым многобожием, уходила корнями в родовой строй и когда-то вполне соответствовала экономическим основам и идеологическим представлениям славянского общества. Но она не отвечала новым требованиям и мешала формированию феодальных порядков. Нужна была единая религиозная организация. Это не было прихотью Владимира или его бояр и дружинников - то было веление времени, порожденное объективным развитием общества.
      Такой религией стало для Руси христианство. Оно проникло на Русь еще до правления Владимира. Судя по письменным источникам, бабка Владимира - княгиня Ольга была христианкой. Известны упоминания о христианских храмах на Руси в летописях. Однако долгое время христианство на Руси не имело глубоких корней и заметной роли в развитии общества не играло.
      Но скоро настали иные времена. "В год 6495 (987) созвал Владимир бояр своих и старцев градских и сказал им: "Вот приходили ко мне булгары (мусульмане), говоря: "Прими закон наш". Затем приходили немцы и хвалили закон свой. За ними пришли евреи. После же всех пришли греки (византийцы), браня все законы, а свой восхваляя, и многое говорили, рассказывая от начала мира, о бытии всего мира. Мудро говорят они, и чудно слышать их, и каждому любо их послушать, рассказывают они и о другом свете: если кто, говорят, перейдет в нашу веру, то, умерев, снова восстанет и не умереть ему во веки, если же в ином законе будет, то на том свете гореть ему в огне! Что же вы посоветуете, что ответите?"
      И сказали бояре и старцы: "Знай, князь, что своего никто не бранит, но хвалит. Если хочешь в самом деле разузнать, то ведь имеешь у себя мужей: послав их, разузнай, какая у них служба и кто как служит богу". И понравилась речь их князю и всем людям, избрали мужей славных и умных, числом десять, и сказали им: "Идите сперва к булгарам и испытайте веру их". Они же отправились и, придя к ним, видели их скверные дела и поклонение в мечети, и вернулись в землю свою. И сказал им Владимир: "Идите еще к немцам, высмотрите и у них все, а оттуда идите в Греческую землю". Они же пришли к немцам, увидели службу их церковную, а затем пришли в Царьград и явились к царю. Царь же спросил их - зачем пришли? Они же рассказали ему все. Услышав их рассказ, царь обрадовался и сотворил им честь великую в тот же день. На следующий же день послал к патриарху, так говоря ему: "Пришли русские испытывать веру нашу. Приготовьте церковь и клир и сам оденься в святительские ризы, чтобы видели они славу Бога нашего". Услышав об этом, патриарх повелел созвать клир, сотворил по обычаю праздничную службу, и кадила возожгли, и составили пение и хоры. И пошел с русскими в церковь, и поставили их на лучшем месте, показав им церковную красоту, пение и службу архиерейскую, предстояние дьяконов, рассказав им о служении Богу своему. Они же были в восхищении, удивлялись и хвалили их службу. И призвали их цари Василий и Константин, и сказали им: "Идите в землю вашу". И отпустили их с дарами великими и с честью.
      Они же вернулись в землю свою. И созвал князь Владимир бояр своих и старцев и сказал им: "Вот пришли посланные нами мужи, послушаем же все бывшее с ними". И обратился к послам: "Говорите перед дружиною".
      Они же сказали: "Ходили де к булгарам, смотрели как они молятся в храме, то есть в мечети, стоят там без пояса, сделав поклон, сядет и глядит туда и сюда, как бешеный, и нет в них веселья, только печаль и смрад великий. Недобр закон их. И пришли мы к немцам, и видели в храмах их различную службу, но красоты не видели никакой. И пришли мы в Греческую землю, и ввели нас туда, где служат они Богу своему, и не знали - на небе или на земле мы: ибо нет на земле такого зрелища и красоты той, и не знаем, как и рассказать об этом. Знаем мы только, что пребывает там Бог с людьми, и служба их лучше, чем во всех других странах. Не можем мы забыть красоты той, ибо каждый человек, если вкусит сладкого, не возьмет потом горького, так и мы не можем уже здесь пребывать в язычестве".
      Сказали же бояре: "Если бы плох был закон греческий, то не приняла бы его бабка твоя Ольга, а была она мудрейшей из всех людей".
      И спросил Владимир: "Где примем крещение?"
      Они же сказали: "Где тебе любо!"
      В следующем, 988 году князь, принял крещение во время похода на Корсунь, приказал кумиров, стоявших за теремным двором, ниспровергнуть - одних посечь, а других сжечь. Перуна же повелел привязать к конскому хвосту и тащить с горы по Боричеву спуску на Ручей. На глазах потрясенной киевской толпы вчерашнего бога сбросили в Днепр. По всему городу были посланы глашатаи зачитывать княжеский указ, где предписывалось каждому жителю от мала до велика назавтра принять крещение. С рассвета множество людей вошли в воды Днепра под молитвы, творимые священником, тем самым очищаясь от языческой скверны, как бы смывая ее днепровской водой.
      После крещения началось широкое строительство церквей, причем сооружались они, как правило, на тех местах, где раньше были языческие святилища и стояли идолы.
      На смену старым родовым поверьям пришло новое религиозное сознание. Христианство стало распространяться по всей Руси и сыграло исключительную роль в укреплении государственности, в совершенствовании народной нравственности и морали, в преемственности добрых традиций и заветов. Святая духовность высветила русскому народу путь в будущее, позволила пройти через многие тяжелейшие испытания и "сегодня быть".

Древняя Русь и Великая степь

      Русь располагала значительными духовными и военными силами, осу- ществляла походы на врага и умело оборонялась от иноземных захватчиков, грозивших ей со всех сторон света.
      К югу от русских княжеств лежала Великая Степь, которую русские называли коротко - Поле. В этом имени отразились ее главные черты - и щедрая, тучная плодородность, и неоглядная таинственная безбрежность, и то, что в Х - ХI веках степь стала для Руси полем постоянных битв. Множество грозных военных слов стояли для русского человека рядом с этим коротким именем - Поле. И в словаре нашего древнего языка они расположены вместе: полк, полон, полымя, половцы, печенеги.
      Первое знакомство печенегов с русскими случилось в 915 году и произошло мирно. "Пришли печенеги впервые на Русскую землю, - отметил летописец, - и заключив мир с Игорем, пошли к Дунаю". Однако уже через несколько лет, в 920 году, произошло военное столкновение Игоря с печенегами. Правда, обошлось, видимо, без больших потерь для обеих сторон.
      Затем печенегов отвлекли другие внешние интересы и они надолго - почти на полвека - оставили Русь в покое. Известия о них в эти годы исчезли со страниц русских летописей. (Начальная русская летопись, X в.)
      Вновь печенежская опасность дала о себе знать лишь при Святославе. Русские уже успели прочно забыть давние стычки кочевников с Игорем Старым, когда летом 968 года степняки неожиданно хлынули в киевские земли. Время нападения было выбрано далеко не случайно: князь Святослав увел дружины в Дунайскую Болгарию. Орда осадила Киев, в котором укрылась с внуками мать Святослава, старая княгиня Ольга. Печенеги взяли город в плотную осаду - ни выйти из него, ни даже вести послать нельзя. Скоро начался голод, но еще раньше стала мучить киевлян жажда.
      Хотели помочь столице жители Киевской земли. Воевода Претич собрал в окрестных селах ополчение и привел его в ладьях к Киеву. Но о том, чтобы подойти к столице, нечего было и думать: бесчисленное множество печенегов стояло вокруг города, тут и там сновали сторожевые разъезды. Что сделает малое войско, вооруженное топорами, ножами да косами?! Стали они на другом берегу Днепра, почти напротив столицы, а сделать ничего не могли. Как была разрешена эта проблема, рассказано в книге "Начало Отечества" А. Дегтярева, И. Дубова.
      "Положение в столице было критическим. На боярском совете уже говорили о сдаче города печенегам. Не все соглашались с этим, и после долгих разговоров решили сначала дать знать о предстоящей сдаче Киева ополченцам - на другую сторону Днепра. Но как это сделать? Из города и птице-то не вылететь - неминуемо сшибет ее печенежская стрела!
      Разошлись по городу княжеские люди с вопросом: "Нет ли кого, кто смог бы перебраться на ту сторону и сказать ополченцам: если не подступите утром к городу - сдадимся печенегам!"
      Нашли отрока, который согласился это сделать. Не взял он с собой ни меча, ни лука, даже ножа не повесил на пояс. Попросил только простую конскую уздечку.
      Выскользнул юноша незаметно из города и, как бы случайно, побежал через печенежский стан к Днепру. Помахивая уздечкой, спрашивал у печенегов, которые сидели около многих костров: "Не видел ли кто-нибудь здесь его коня?" Спрашивал по-печенежски, и те, принимая отрока за своего, кто плечами пожимал, а кто и вовсе не обращал внимания на юношу.
      А он, приблизившись к Днепру, вдруг скинул одежду и бросился в реку.
      Тут сообразили степняки, кинулись за ним, из луков стрелять стали, да, к счастью, миновали стрелы смельчака. В ополчении тоже заметили его - быстрая ладья отошла от берега и скоро подобрала киевского разведчика.
      Привели его к воеводе, и отрок сообщил о намерении боярского совета. После недолгих размышлений воевода Претич решил: "Пойдем завтра в ладьях и, захватив княгиню и княжичей, умчим на этот берег. Если же не сделаем этого, то погубит нас Святослав".
      Опасное было решение. Успеха ждать почти не приходилось: в открытом бою печенеги наверняка легко одолеют небольшую дружину. Но выхода не было. Задумали только не сразу безоглядно бросаться на печенегов, высказывая свое намерение, а применить небольшую хитрость,- вдруг она и поможет.
      На следующее утро дружина в полном вооружении села в ладьи и под громкое пение боевых труб, с военными песнями и криками двинулась по Днепру к Киеву.
      Плывут ладьи так, словно сидящие в них воины возвращаются из далекого похода и не ведают, что судьба родного города на волоске висит, что врагов вокруг города - тьма-тьмущая.
      "Кто же это к городу подходит? - забеспокоились печенеги. - Уж не Святослав ли?!" А тут еще осажденные киевляне все, как один, высыпали на городскую стену и подняли истошный ликующий крик - вызволение идет! А времени у врага на раздумья и проверки нет. Хорошо наслышанные о воинской доблести Святослава, печенеги решили, что русский князь сумел - непостижимым образом! - в несколько дней вернуться из далекой Болгарии на помощь родному городу. Орда панически отхлынула от города, сняв едва налаженную осаду. Это спасло стольный Киев".
      А Святослав, бросив задуманное военное предприятие, действительно уже спешил на помощь. Вернувшись, он быстро увеличил дружину, набрав новых "воев" в Киевской земле, и прогнал печенегов глубоко в степь - подальше от русских пределов, замирил кочевников.
      Вторжение, врасплох заставшее Русь, побудило Святослава о многом задуматься. "Печенеги с нами ратны!" - этот военно-политический вывод изменил многие планы князя. Пришлось учитывать новую обстановку, отложить на несколько лет осуществление грандиозных военных предприятий. Только в 971 году Святослав вновь направился воевать с дунайскими болгарами и Византией. Богатые земли Юга притягивали князя и дружину, как кусок диковинной магнитной руды притягивает мелкие гвозди. Заветная мечта - обосноваться в этих благодатных краях и даже перенести сюда столицу - не давала покоя решительному правителю.
      Но воинственная алчность, в конце концов, сослужила плохую службу. Возвратиться из похода Святославу было не суждено. Поздней холодной осенью 971 года, когда поредевшая в боях, измотанная за полгода непрерывных сражений и переходов дружина, возвращаясь, подошла к днепровским порогам, обнаружилось, что они заняты печенегами. Войско оказалось отрезанным от столицы, от Киевской земли, от родины...
      Святослав быстро понял, что сквозь плотные заслоны не прорваться. Пришлось зимовать вдали от родных мест, в Белобережье. Только весной решился князь пробиваться к Киеву через пороги. В этих местах и напал на русских печенежский вождь Куря. В битве Святослав был убит.
      Как ни странно, смерть Святослава не привела к немедленному нарастанию печенежских вторжений - несколько лет прошли спокойно. Правда, уже само присутствие многочисленных кочевий вблизи степной границы Древнерусского государства (один день пути отделял степняков от русских земель, а до Киева было всего три перехода) накладывало заметный отпечаток на жизнь славян.

      В XI веке талантливый русский полководец и государственный дея- тель Владимир Мономах для борьбы с полчищами кочевников - половцев сумел привлечь к походам на врага не только княжеские дружины, но и широкие слои населения - ополчения из крестьян и горожан.

Владимир Мономах на совете князей

      С самого начала своего правления, всерьез столкнувшись с печенегами, Владимир Святославич понял, какую опасность представляет для Руси резко усилившийся союз кочевых племен. Русский князь сразу решил, что одними упреждающими походами в глубь степи врага не замирить. Да и многочисленные села и деревни на тучных черноземах степного Юга не только приносили князю большие доходы - их земледелие было жизненно необходимо для дальнейшего развития государства. И Владимиру пришлось решать трудный вопрос о том, как защитить земледельческое население Юга от постоянного грабежа и уничтожения кочевыми народами.
      Князь решил строить на зыбкой степной границе крепости и четко обозначить ими пределы Русской земли. На многих степных реках - Трубеже, Ирпени, Суле, Десне, Стугне - была возведена длинная цепь маленьких крепостей, воспетых позднее в народном творчестве, былинных богатырских застав. Так начиналась многовековая работа Руси по обживанию и обороне южных рубежей.
      Строила новые города вся Русь. Со всех мест - от словен, кривичей, вятичей, чуди и других племен - отбирал Владимир "лучших людей", самых богатых, имевших большое число вольных слуг и челяди, и посылал их ставить пограничные города, оборонять Русскую землю от печенегов.

Богатырская застава

      Работа с самого начала приобрела грандиозный характер. Она дала русскому народу неоценимый опыт, который позднее был использован при строительстве кольца крепостей на севере, а еще позднее - при создании знаменитых засечных черт на юге. Ее масштабы поражали приезжавших на Русь иностранцев. Архиепископ Брунон, оказавшийся в это время в Киеве, поспешно, как весть государственной важности, сообщил германскому императору Генриху II, что степные границы Руси "для безопасности от неприятеля на очень большом пространстве обведены со всех сторон самыми прочными завалами".
      Приготовления Владимира оказались своевременными. Организовав огромные оборонительные работы на южных рубежах, он, как показало ближайшее будущее, проявил выдающуюся военно-политическую прозорливость, верно оценил резко возросшую опасность.
      Крупные вторжения кочевых народов чередовались с мелкими набегами, набеги перерастали в нашествия. Особенно тяжелым выдался 993 год. Печенежское войско подошло со стороны Сулы и достигло Трубежа, от которого до Киева рукой подать!
      Сторожевыми заставами Владимир был предупрежден о вторжении. Вот когда сказалась своевременная постройка застав-крепостей, не только давших знать о неприятеле, но и задержавших его продвижение! Быстро собранное войско выступило навстречу печенегам, и этот упреждающий бросок сыграл ключевую роль во всей войне: Владимиру удалось блокировать броды на Трубеже, а именно через них печенеги намеревались прорваться на Русь. "Стал Владимир на одной стороне, а печенеги на другой... И не смели они перейти на ту сторону!.."
      Борьба на южной границе продолжалась для Владимира до конца его дней. Уже накануне смерти князя, в 1015 году, орда большими силами вновь вторглась в Киевскую Русь. Тяжелобольной Владимир не смог сам возглавить войско - послал сына Бориса. Печенеги уклонились от сражения и ушли из русских земель, основательно пограбив окраины.
      Постоянное военное давление на южные рубежи Древнерусского государства в конце концов привело к откату русских земледельцев на север. Покидая тучные степные черноземы, они оседали на менее плодородных, но укрытых лесами землях.
      Однако в целом Владимиру удалось сдержать печенежский натиск. Для этого были построены десятки крепостей, создана оперативная дозорная служба, постоянно и последовательно отражались вторжения.
      Города Древней Руси были местом средоточия власти - именно здесь находился князь, его наместник или посадник. Городу подчинялась обширная сельская округа, с которой люди князя собирали дань. В городах проживали бояре и другие знатные люди, имевшие здесь свои усадьбы. В Новгородской земле, например, все боярские роды - "Триста золотых поясов" - жили исключительно в столице. Велико было и военное значение городов. Их жители формировали свои ополчения - городовые полки. В хорошо укреплённых городских крепостях уже в те времена находился постоянный военный гарнизон, состоявший из воинов-профессионалов. (Энциклопедия для детей "История России" С. Исмаилов, Москва, "Аванта", 1995 г., стр.174)
      В десятом - одиннадцатом веках на Руси сложилась стройная система организации воинской рати в мирное время и на период походов. Ее можно представить по схеме, следующей ниже.

      Но нам следует отдельно рассмотреть структуру построения Новгородского войска, так как она имела многие свои особенности.